Но Дженни никогда не красилась и вовсе не старалась быть бледной копией Фэйт, ей всегда хотелось смотреться по-особенному, но как именно, она не знала.

«Ладно, но где все-таки Фэйт и Ева?» — спрашивала себя Дженни, оглядывая пустой холл. Она захлопнула наконец свой шкафчик. «Может, они у мистера Эрнандеса в офисе, ждут меня, а может, уже принялись считать деньги».

Она быстрым шагом двинулась к кабинету директора. Навстречу шли учителя. Из расположенной под гимнастическим залом комнатушки доносились тренировочные приветствия команды поддержки.

«Надеюсь, мы быстро посчитаем эти деньги, — думала Дженни, — у меня на сегодня и без того полно работы».

Дженни и две ее подружки состояли в оргкомитете по проведению танцев. Девушкам нужно было свести все счета, а затем вручить деньги новому директору — мистеру Эрнандесу. Мероприятие имело успех, и денег оказалось собрано достаточно много. «Финансовый успех, — подумала с горечью Дженни, — никак не личный».

У Евы и Фэйт как раз было свидание этим вечером: у Фэйт — с Полом Гордоном, ведь они гуляли уже несколько недель, ну а Ева пришла со своим парнем, Яном Смитом.

Вздыхая, Дженни повернула за угол и оказалась у офиса директора; она подумала, что у нее, единственной из них троих, до сих пор не было парня. Но на танцы в субботу она все равно отправилась. Даже один раз покружилась с каким-то парнем. Наблюдая за Евой и Фэйт со своими дружками, Дженни пыталась бороться с растущей завистью и чувством одиночества.

То была ночь субботы, а сейчас — уже понедельник. «Первый день отдыха в моей жизни, — подумала Дженни, — что бы это значило?»

Оказавшись у двери с табличкой «Питер Эрнандес, директор», она толкнула ее и ввалилась внутрь:

— Ребята, я опоздала, извините…